По большей части авторское право представляет на сегодняшний день совокупность личных прав, принадлежащих автору, творческим трудом которого создано произведение искусства, потому что для юристов защита его не приобретает должного интереса. Возможно, поэтому проблема нарушения прав автора является злободневной. Но всегда ли таким нарушением считается несоответствие имени автора с именем на обложке книги?

 

На собственном опыте я убедилась, что далеко не всегда. В голову приходят слова Дмитрия Медведева: «Пока интернет и авторское право — вещи несовместные. Интернет — враг авторского права. Нужно честно называть вещи своими именами».

В ноябре прошлого года я совершенно случайно узнала о своей публикации в международном художественно-публицистическом журнале «Современная литература», главным редактором которого является «настоящий потомственный князь Расуль Ягудин».

Кстати, о титуле… Сначала я не восприняла его всерьёз, подумав, что это всего лишь выражение чувства юмора. Здорово же, когда редактор — креативный, интересный человек с неисчерпаемым чувством юмора! Он в принципе и должен быть таковым! А в последствие оказалось несколько иначе. Но об этом позже…

Как оказалось, мой роман «Верьте мне» печатали на страницах данного издания с мая 2011 года под непонятным названием «Серый человек», подписывая моим именем с некорректно указанным возрастом, а именно 15 лет. Так что в данном случае с соответствием имён нет никаких проблем, но права остаются нарушенными.

На момент написания произведения мне действительно было 15 лет, но ко времени его публикации больше. Многие редакции не рецензируют материалы, но в случае их напечатания, в обязательном порядке оповещают автора. Как читатель может заметить, в моём случае такого не произошло. Если опираться на договор издательской фирмы «Сентябрь», в пункте 2.3.1 говорится, что «издательство обязано уведомлять Автора о каждом издании Произведения». Как я узнала позже, редакция имеет полное право изменять название, объём работы или редактировать её без дополнительного согласия создателя при заключении с ним дополнительного договора.

Это же нечестно! Неужели же обязательно нужно окунуться во всю эту грязь?! Неужели не осталось в современном обществе и капли уважения друг к другу, к труду? И самое обидное то, что мои надежды попросту растоптаны…

Когда только мой роман был закончен, от родственников и друзей я получила положительные отзывы в свой адрес. Рассылая рукопись, я представляла, как получу однажды письмо от редактора с согласием на публикацию, представляла свои эмоции и ощущения. Мне казался таким замечательным тот факт, что я смогу с кем-то поделиться своими мыслями, возможно, заинтересовать кого-то и даже чем-то помочь. Но я и в страшном сне не представляла себе, что столкнусь с проблемой авторства. Если говорить об ощущениях, это не больно, не вызывает гнева от потери чего-то, так как журнал не обещал никаких выплат. Но, согласитесь, что это крайне неприятно, даже противно. Как и любого человека, а точнее его самолюбие, меня задела эта ситуация. Я написала в редакцию достаточно мирное письмо, в котором ничего не от кого не требовала и ни в чём никого не упрекала. Я просто спросила, почему меня не оповестили…На что мне запредельно неприлично ответили. А отвечала мне представитель редколлегии Александра Багирова.

Я могу с уверенностью сказать, что так меня не оскорблял никто! Незнакомый человек, не видевший меня ни разу в жизни в глаза, выплеснул на меня ведро помоев, что ничем не было спровоцировано.

Это так ужасно, в самом начале пути, на первом опыте хлебнуть столько грязи! Тем более, что я связалась с редакцией, на мой взгляд, не совсем адекватной. Преисполненный хамства председатель редколлегии Александра Багирова и редактор с больным самолюбием «Его Высочество князь Расуль Ягудин». Нет, я не описалась. К нему действительно следует обращаться титулярно. И уже из-за того, что я приняла это за выражение чувства юмора, на меня обрушился шквал ненормативной лексики. Письмо, адресованное мне, заканчивалось «не зли меня, малышка». Этот названный владыка, князь всемогущий  просто воспользовался моей неопытностью, юношеской наивностью и даже какой-то непосредственностью. И от одной этой мысли становится тошно…

Справедливо отметил мой рассказ челябинский журналист Галкин Герман, сказав, что «в России всегда было много мошенников». Но я решила всё же не сдаваться. Хотя, честно говоря, это только слова, ведь читатель реально понимает, что никто не станет тратить свои силы на защиту авторских прав. Поэтому, мне кажется, в моём случае самым оптимальным вариантом было проведение журналистского расследования, так как по мере увеличения моего интереса к изданию, в моих глазах росло число противоречий.

В итоге выяснилось, что мои авторские права были нарушены исключительно в интернете, так как издание было электронным. Но сути, конечно же, это не меняет. В ходе своего расследования, осознавая свою фактическую беспомощность, я обратилась к более опытному автору, Яневу Никите,  произведение которого также было опубликовано в журнале. И он ответил мне очень правильной фразой, на мой взгляд, «Небрежность и корысть современных редакторов — это роман». И действительно, всё получилось, как в кино. Значит, в нём действительно не всё вымысел…

Я знала о существовании этой проблемы, потому что о ней гораздо больше говорят, чем кажется. Но я не сталкивалась с ней лицом к лицу. А она намного реальней, чем я думала.

Очень обидно осознавать, что тобою воспользовались. И от этой одной мысли опускаются руки, смыкаются губы, прикрывающие обнажённые зубы таланта. Поэтому, нужно ценить труд автора, потому что он вкладывает в это дело свою душу, делится мыслями, впуская читателя в свой внутренний мир, и в то же время не стараться прыгнуть выше собственной головы, потому что от неумения вы будете падать, а под ногами, как оказывается, слишком много грязи.