Тематически номер выстроен так, что читатель постепенно становится единомышленником редакции, утверждаясь в мысли о пользе современной миграции интеллекта для общественного прогресса.

Эмиграция – популярное занятие интеллектуальной элиты во все времена. Недовольные политическим режимом и удушливыми культурными обстоятельствами уезжали за пределы своей страны в поисках лучшей доли. Для многих великих людей эмиграция стала приговором. Они, конечно, получили то, чего не могла дать им Родина, – свободу творчества и осуществления замыслов. Но ностальгия мучила их до конца жизни. Других пресловутая тоска по Родине заставляла возвращаться. Порой это случалось посмертно.

Пожалуй, нигде, кроме как в России, не было столько связано с эмигрантами. Революция и смена политического режима привели к тому, что интеллектуальная элита, несогласная с обстановкой в стране, бежала, куда глаза глядят. В первую очередь, взгляд был направлен в сторону Франции.

В Европе российским эмигрантам были рады. Еще бы: из СССР уезжали писатели, художники, композиторы, академики, чьи имена гремели на весь мир. Принимать таких граждан было престижно, этим и пользовались «беженцы».

Для опального поэта Андрея Вознесенского мир распахнул свои объятья. Его стихи разрезали пространства и не имели границ. Эмиграция, а скорее миграция свободы духа и мысли человеческой, выразившаяся в поэзии Вознесенского, выходила за пределы вселенной.

Режиссер Андрей Тарковский также оказался вне советского искусства. Он не снимал «востребованные» правительством фильмы, а потому оказался диссидентом советского кино, но заграница восхищенно относилась ко всему, что он делал. Например, Ларс фон Триер, скандальный режиссер, считает Тарковского своим учителем и вдохновителем.

Не только кино и поэзию в СССР пытались втиснуть в рамки соцреализма. «Я хочу кричать, как Высоцкий», – мечтал Михаил Барышников. Но выходил только шепот: искусственное дыхание  оживляло конкретного персонажа, но не могло вдохнуть новую жизнь в картонный муляж спектакля.  Барышников мог и хотел так, как у Высоцкого: по-над пропастью, по самому по краю. А давали –  чуть больше, чем подставку для балерины. Зато заграницей он состоялся. В мире мало людей, которых обозначают инициалами, как Брижит Бардо. И один-единственный человек, которого называют просто: Миша.

«Невозвращенцы прославили шедеврами свою отчизну, но только на родине им не торопятся этого простить. Миграция интеллекта – естественное желание эстетов воплотить устремления, не укладывающиеся в стандартный набор добродетелей», – пишет в традиционном «51 слове» к номеру главный редактор журнала «Эстет» Алексей Чертков.

Великие открытия свершаются не только на чужбине. Но как много можно привести имен выдающихся ученых, сделавших свои самые громкие открытия вдали от родины!

Именно в эмиграции прославились социолог Питирим Сорокин, названный отцом североамериканской социологии, и Татьяна Проскурякова, расшифровавшая письмена майя. Границы между государствами не являются особой преградой для интеллекта. А это лишнее подтверждение идеи номера: эмиграция творческой личности важнейший стимул мирового развития.

Но как бы ни был сладок воздух свободы, многих до конца жизни тянуло обратно, в эту «бешеную, несуразную и чудную» родину.

Так, Федор Шаляпин с радостью говорил о том, что наконец покинул Россию. Но когда его лишили звания народного артиста СССР и попросили вернуть советский паспорт, певец расплакался и не отдал документ. До конца своей жизни певец оставался русским гражданином он не принял иностранного подданства и мечтал быть похороненным на родине.

Многие болезненно воспринимали эмиграцию. Александр Куприн считал свой отъезд из России трагедией, а Сергей Прокофьев писал, что «воздух чужбины не возбуждает в нем вдохновения».

Немалую роль в развитие искусства и культуры сыграли женщины-эмигрантки.

Русскими моделями, среди которых были принцессы и княгини (Ирина Романова-Юсупова, Натали Палей, Мария Эристова-Шервашидзе, Лиза Белосельская-Белозерская и Надежда Щербатова), восхищалась Коко Шанель. А современные красавицы Наталья Водянова, Анна Вялицына и Евгения Володина провозгласили в мире моды «эпоху трех V», устроив настоящий «русский бум» в модельном бизнесе, еще раз доказав, что русские девушки заслуживают самого пристального внимания.

Другой знаменитой эмигранткой стала актриса Мила Йовович. Хоть она и уехала в Америку будучи еще ребенком, она до сих пор помнит о Родине.

Русские эмигрантки были и вдохновительницами, музами легендарных художников, писателей, музыкантов. Мало кто не знает о безумной любви гения сюрреализма Сальвадора Дали и Галы (Елены Дьяконовой). Она стала единственной женской моделью художника, а он сделал из нее икону.

Не менее знаменита история любви художника Пабло Пикассо и балерины Ольги Хозловой, которая стала для Пикассо олицетворением спокойствия.

Во многом благодаря эмигрантам развивается мировая культура. Такие «путешественники» порождают процесс миграции идей, течений, направлений в искусстве. Модельеры черпают вдохновение в областях, не причастных к их деятельности, архитекторы используют формы, увиденные на полотнах абстрактных художников…

Например, дизайнер Пэм Хогг создает модели, похожие на картины Казимира Малевича.

В своей работе архитектор Антонио Гауди заимствовал природные линии и формы, называя это традиционностью, и мастерски интерпретировал средневековый архитектурный язык и средневековые ценности.

Ощутила на себе все прелести миграции идей и актриса Ума Турман. Религии, роли, мужчины проходят через жизнь Умы, наполняя ее новыми смыслами и стремлениями. Это первая голливудская звезда, которая попала под влияние буддизма, круто изменившего ее мировоззрение.

Эмигрантом в искусстве стал режиссер Вуди Аллен. Он начинал как литературный комик, считая своим кумиром Антона Чехова. Сегодня же Аллен – режиссер, чьи фильмы принято считать ответом интеллектуальным изыскам Европы. Подобной эмигранткой стала и фотограф Лиллиан Бассман, работы которой до сих пор волнуют зрителей своей таинственностью.

«Быть эмигрантом – не означает быть предателем. И журнал «Эстет» приводит аргументы в защиту данного тезиса, – говорит А.Чертков, –  Делая научные открытия, создавая великие произведения искусства, эмигранты из России сохраняли в душе неразрывную связь со своей исторической родиной, прославляли ее, предоставляя результаты своего труда и творчества всему человечеству. Русская интеллектуальная эмиграция ХХ века способствовала цивилизационному прорыву человечества, положив на алтарь науки и искусства все самое ценное – личностную свободу, жизнь и любовь к своей родине».