На сегодняшний момент «Брестская крепость» - первый фильм, на который я пишу рецензию не работы ради, а просто для себя. Настолько сильные эмоции он вызвал. Не поспоришь – фильм хороший. Но! Шумиха вокруг него приобретает оттенок хвастовства и самодовольства. Игорь Угольников все больше предстает в героическом образе, снисходительно кивающий головой: «Очень приятно, царь». Сразу оговорюсь – к этому великому человеку я отношусь весьма положительно. Во время недавнего нашего с ним общения по рабочей части я убедилась, что человек он наизамечательнейший, умнейший и прочее. Но глядя на пестрящие в интернете эпические заголовки над статьями о фильме, на рассказы создателей, на благодарности зрителей и зрителям создается ощущение перебарщивания с комплиментами и скромностью. Тем не менее – надо смотреть. Всем, молодому поколению – тем паче. Нынешняя молодежь мало что понимает в подвигах, в этом я убедилась лично. Перед сеансом, на который ходила я, в кинотеатр согнали толпу школьников, явно не по собственному желанию. Во время выступления Угольникова (был телемост) все сидели более-менее тихо и спокойно, в конце даже раздались аплодисменты. Затем с беседой на тему «Никто не должен быть забыт» выступил настоятель Свято-Покровского храма. Школьная братия его не воспринимала. Под конец выступления с задних рядов слышался неприкрытый, наигранный ржач старающихся друг перед другом выпендриться, кто как горазд, подростков. Перед священнослужителем было откровенно стыдно за их поведение. Тем не менее, во время самого сеанса они неожиданно притихли. Сам фильм – два с половиной часа кровавого месива. В таких картинах больше всего убивает то, что понимаешь – это было на самом деле, и это страшно. Причем страхи начинаются после первых минут десяти. Не было ожидаемого рассказа о довоенных судьбах живших там семейств. Пара-тройка сцен – и вот, 22 июня, ровно четыре часа. Особенно зацепили несколько моментов. Первый – когда обезумевшие от страха люди кинулись из крепости прямо навстречу захватчикам, навстречу пулеметным очередям. Гора человеческих трупов просто завалила выход. Это кошмар. Второй кошмар – когда проехал танк по этой горе, оставляя кровавое месиво от гусениц. И на этом фоне – плачущая девочка. Еще один сильный эпизод с участием комиссара Ефима Фомина, когда немцы привели к одному из укреплений толпу раненных, стариков, женщин и детей, которых захватили в госпитале. Комиссар выходит им навстречу с поднятыми руками. Затаив дыхание, все ожидали от него действий – правильных действий с надеждой на спасение. Такой силы воли, решительности и ума я не видела никогда. Скомандовав «Ложись!» захваченной толпе и одновременно дав знак бойцам открывать огонь по не понимавшим русский немцам, комиссар хоть ненадолго, но спас множество обреченных жизней. Кстати, Павел Деревянко, сыгравший комиссара Фомина, поразил меня не меньше своего героя. Часто бывает, что амплуа «прилипает» к актерам настолько, что в другом образе ты его просто не воспринимаешь. Яркий пример – Анастасия Заворотнюк, которая и в мистических боевичках, и в модных телешоу все-таки остается няней. Другими словами, когда комедийный актер снимается в драматической роли, так и ждешь, что вот сейчас он отмочит какую-нибудь шуточку. Честно сказать, и я усомнилась в правдивости «деревянковского» военного. Но фильм слишком серьезный, чтобы использовать в нем шутливые сцены. А после вышеобозначенного эпизода я Деревянко зауважала за драматический талант. Момент шока после совершенного подвига поразил актерской игрой. По той же причине неожиданно было встретить тут Анну Цуканову, которая сыграла Соню. Она частенько снималась в «Ералаше», а посему не воспринималась в качестве драматической актрисы. И вдруг – нате. Но в отличие от Павла, Анна меня не поразила своими способностями к трагизму. Стоит тут же вспомнить паренька Кольку, который «просто кино привез». Этот герой вообще не отличился склонностью к подвигам – все дни осады он провел то прячась под машиной, то без чувств в окопе. Но и у этого трусоватого типажа в конце просыпаются настоящие стремления. Увидев свою возлюбленную мертвой, он взрывает себя и немецкого офицера. Потому что все равно судьба их всех предрешена – они все должны были умереть. И те, кто сдался в плен, и те, кто еще был жив в последний день атаки. Герой Андрея Мерзликина, лейтенант Кижеватов, поражает глубиной своих чувств. Когда он прощался с дочерью Нюрой, весь зал зашмыгал носом. А вот Петр Гаврилов в исполнении Александра Коршунова лично у меня вызывал неприязнь по неизвестной причине. Да, несомненно, он – Герой с большой буквы. Ни разу не дал усомниться в собственной храбрости и отчаянности. Но в его характере было нечто отталкивающее. После осады он был одним из немногих выживших, но попавшим в репрессию. Вот тогда и проникаешься к нему уважением, и не знаешь, что лучше (или хуже) – умереть страшной смертью, но героем, или все-таки выжить, но быть общепризнанным изгоем. В общем, каждый момент фильма можно вспоминать, поражаться, уважать, обсуждать и восхищаться. В целом могу сказать, что после просмотра многие проблемы сейчас кажутся ничтожными, мелочными по сравнению с теми временами. Те люди не думали о том, что надеть на работу, соврать или не соврать благоверному, как отмстить тетке, наступившей на ногу в трамвае. Они отдавали свои жизни, даже зная, что находятся в тылу врага, что подмоги ждать неоткуда, они стояли до конца. Они умирали, но не сдавались. Спасибо Вам.