Как полсотни героев отразили первый удар контрнаступления ВСУ

Как полсотни героев отразили первый удар контрнаступления ВСУ
Фото из открытых источников
Два батальона украинской пехоты, усиленной танками, в том числе немецкими «Леопардами» – так выглядел кулак ВСУ на острие главного удара во время самого начала украинского наступления в июне 2023 года. Однако этот натиск самоотверженно отбили всего лишь несколько десятков российских бойцов, в том числе мобилизованных. С участниками этого героического боя встретился и поговорил корреспондент газеты ВЗГЛЯД.
 
Уже признанное провалившимся летнее наступление ВСУ началось 4 июня в районе Времевского выступа. Автору этих строк приходилось бывать в тех местах незадолго до того и наблюдать, как противник ударами «Хаймарсов» пытался «размягчить» наши тылы.
 
Наступления здесь ждали. Ни у кого не было сомнений, что враг попытается срезать выступ. Обстановка была тревожная. В итоге именно на данном участке, возле села Левадное, все и началось. Здесь ВСУ бросили в бой немецкие танки «Леопард». Из сводок известно, что наша 5-я «дальневосточная» общевойсковая армия отразила этот удар и сорвала амбициозные планы ВСУ, рассчитывавших на внезапный и успешный «контрнаступ». Но какое именно подразделение оказалось на острие удара? Кто и какой ценой сдержал яростную атаку противника? Что этим людям пришлось пережить?
 
В августе довелось вновь посетить эти позиции, познакомиться с участниками и свидетелями того жестокого боя. Рассказанное ниже основано на словах офицеров 143-го полка 127-й мотострелковой дивизии и на воспоминаниях участника боя, командира 2-го отделения 1-го взвода подразделения «Шторм» с позывным Миллионер*.
 

Диспозиция: «Кипр», «Пенза» и «Бонус»

 
Примерно в километре западнее Левадного располагалась позиция наших войск под условным названием «Кипр». «Кипр» состоял из четырех опорных пунктов, каждый из которых имел окопы и пару блиндажей. Перед позицией и за ней были размещены минные поля. По соседству с «Кипром» на фланге располагались подразделения тихоокеанской морской пехоты.
 
«Кипр» был именно передовой позицией в предполье первой линии долговременных укреплений. До самой линии было еще  километров десять на юг.
 
За «Кипр» были ответственны мотострелки 143-го полка, но обороной этой позиции в целом руководил кадровый офицер российских Вооруженных сил, 33-летний майор с позывным Касим. Он также командовал приданным для обороны позиции «Кипр» отрядом «Шторм» (три взвода и бронегруппа). Мотострелками командовал капитан с позывным Татарин.
 
Основные события этого боя развернулись на передовых опорниках, носивших названия «Пенза» и «Бонус». Эти опорники занимали мобилизованные бойцы «Шторма» и приданные им добровольцы из другого отряда – «Шторм Z». В общей сложности 30 человек. Мобилизованные были из Приморья, несколько человек из Хакасии, а добровольцы из Калининградской области.
 
Всего позицию обороняло примерно 50 человек. Их задачей было не столько полноценное отражение самого удара, сколько задержка противника, выигрыш времени для своевременного ввода в бой основных резервов.
 
Местность здесь представляет равнину, разделенную лесополосами. Свои позиции наши бойцы выкопали и оборудовали вручную за полтора месяца под обстрелами, до противника было всего несколько сотен метров. Как рассказывает Миллионер, между его позицией «Пенза» и позицией «Бонус», которая в итоге оказалась ключевой, было около 100 метров. «Пенза» представляла собой 80 метров окопов с блиндажами и пятью огневыми точками для пулеметов и гранатометов.
 
Снабжение позиции осуществлялось ночью пешком – ходили по двое без фонариков, ориентируясь по воронкам. Периодически добавлялись новые воронки, ландшафт менялся – и посыльные блуждали, но, так или иначе, «ночной экспресс» работал исправно. Таким образом удалось создать запас боеприпасов, включая десятки ракет для ПТРК.
 
Ради пополнения боекомплекта приходилось экономить на воде – на бойца приходился всего один литр воды в день. И это на 40-градусной жаре. Такой аскетичный подход полностью затем оправдал себя – если бы не значительный запас боеприпасов, противник бы, скорее всего, добился успеха.
 

Начало боя. 50 бойцов против сотен атакующих

 
4 июня в 6.30 противник начал мощную артподготовку. В 9.30, не прекращая артобстрела, враг ударил бронетанковым кулаком из десятков танков и бронемашин. Всего несколько десятков наших пехотинцев были атакованы многократно превосходящими силами противника – в целом примерно двумя мотопехотными батальонами ВСУ, поддержанными бронетехникой.
 
Численность наступавших известна только приблизительно. Если подразделения противника были полного списочного состава, то количество атакующих могло доходить до полутора тысяч человек. Штабные офицеры с учетом количества наступавшей бронетехники ВСУ полагают, что наступавших было не менее 800-900 человек.
 
По правилам военной науки наступление требует как минимум трехкратного перевеса сил в пользу атакующих. В данном случае, по самым скромным подсчетам, наступающий противник имел над российской обороной примерно 15-кратный численный перевес. Такое соотношение сил, как рассчитывали в ВСУ, должно было с запасом гарантировать быстрый прорыв российской обороны. Подготовка и боевой дух наступавших был высок – бойцы батальонов ВСУ имели боевой опыт и были идеологически мотивированы.
 
Как позднее стало ясно из захваченных документов противника, враг нанес удар именно на данном участке, потому что знал, что здесь в обороне есть мобилизованные. Враг полагал, что их боевой дух не слишком высок, что они дрогнут. Однако ВСУ натолкнулись на предельно ожесточенное сопротивление российских бойцов.
 
Как пояснил Миллионер, во многом это заслуга командира их группы, молодого майора (позывной Касим) из Уссурийска. Касим лично проводил немало времени на передовых позициях. Порой он сталкивался с неуверенностью подчиненных в своих силах, но ему всякий раз удавалось поднять их боевой дух. В момент атаки ВСУ Касим лично находился на передовой.
 
Атака ВСУ началась танковыми четверками: каждый «Леопард» прикрывали три украинских Т-72 – один спереди и два по бокам, немецкие танки явно берегли. Вслед за танками двигались бронемашины «Казак», вооруженные пулеметами «Корд», стрелявшими разрывными патронами. Пехота стреляла из автоматов также исключительно разрывными.
 
Наши бойцы на «Бонусе» встретили бронетехнику противника реактивными гранатами из СПГ-9 (станковый противотанковый гранатомет) с дальних дистанций. С фланга ПТУРами работали морпехи, им удалось сжечь два повернувших в их сторону танка. Минное поле тоже исправно делало свою работу, выбивая технику противника.
 
Однако враг продвигался, используя ручные польские системы разминирования – компактные аналоги наших «змеев горынычей», выстреливающих с помощью ракеты детонационный шнур. Из подбитой техники выбегали экипажи, попадая под огонь наших пулеметов. На стыке наших позиций стоял остов сожженного танка, за которым противник пытался спрятаться. Благодаря этому укрытию некоторым бойцам ВСУ удалось совершить бросок и ворваться на нашу позицию, но они были успешно выбиты быстрым контрударом.
 
Наши огневые точки были пристреляны минометами противника, поэтому эффективно работать с них было невозможно. Да и плотность пулеметного огня с «Казаков» была сумасшедшей. Бойцам приходилось высовываться из окопов с неожиданных мест, карабкаясь по ящикам или по вырытым в стенах ступенькам. Находиться в самих ходах сообщения подолгу было делом самоубийственным – минометный обстрел был столь плотным, что мины периодически залетали прямо в них. Поэтому бойцы укрывались в блиндажах и, сменяя друг друга, выходили наружу вести ответный огонь. Стрелковый бой велся на дистанции 100 метров и ближе. Нередко доходило до использования оборонительных гранат.
 

Подвиг Гранита

 
Командир мотострелков (позывной Татарин) в это время находился под плотным артобстрелом на соседней позиции с пехотой и командовал боем по рации. Обстрел практически срыл позицию Татарина. Касим, командир «Кипра» и отряда «Шторм», вызывал у капитана подмогу, Татарин, в свою очередь, выходил на штаб полка с просьбой о подкреплении, но в тот день подмога не пришла. Потом радиосвязь и вовсе была подавлена средствами РЭБ противника, возможность вызвать артиллерийскую и авиационную поддержку пропала.
 
Вскоре рация Касима была разбита артиллерией противника. В подчинении у Касима была резервная бронегруппа из двух танков Т-80 и пяти БМП, однако вызвать ее не удалось. Рассчитывать было не на кого, кроме как на соседей-морпехов. Они помогали чем могли – поддерживали стрельбой из миномета, «Града» и БМП-1. Эти удары по завязшей на минном поле бронетехнике и пехоте порой были очень результативны.
 
Несмотря на множество потерянных танков и броневиков, незадолго до полудня врагу удалось подобраться к нашим траншеям почти вплотную. В этот момент настало время настоящего подвига.
 
Атакующие были столь уверены в скорой победе, что начали кататься на «Леопарде» с украинским флагом вдоль передовых российских траншей, открывая люки и выкрикивая оскорбления и призывы сдаваться. В тот момент в траншее находились Миллионер и боец из Абакана с позывным Гранит. Для Гранита это был первый бой в СВО.
 
«По этому «Леопарду» наши три раза стреляли противотанковыми ракетами, но промахнулись. У нас уже не осталось «морковок» (выстрелов для РПГ-7), только гранатометы типа «Муха», только побольше, посовременнее. Гранит находит эту «Муху» и спрашивает меня: «Как из нее стрелять?!» «Читай! – кричу, – на самой трубе все написано!» – описывает этот эпизод боя Миллионер. – Пока он читал, танк проехал мимо, развернулся и поехал обратно. К этому моменту Гранит освоил инструкцию, прицелился в уязвимое место и точно выстрелил всего метров с 30-40. Он попал в бок кормовой части танка. Там у «Леопарда» хранятся снаряды и броня так себе. Танк загорелся. Вот так Гранит из легкого гранатомета и сжег немецкий танк. С бежавшим от пожара экипажем мы тоже вопрос решили».
 
Затем Миллионеру вместе с еще одним бойцом с позывным Феофан удалось сжечь второй «Леопард», трижды попав в него из РПГ-7. Однако противник, несмотря на потерю двух «Леопардов» и десяти танков советского производства, продолжал атаковать на бронетранспортерах «Казак» – разрывные крупнокалиберные пули не давали высунуть голову из окопа.
 
«В этот момент нам хорошо помогли морпехи – они смачно долбанули по скоплению «казачков» из «Града» и пожгли их там. Еще они выдвинули поближе к нашим позициям БМП-1, успешно стрелявшую из пушки, – вспоминает Миллионер. – В один «Казак» наши так удачно попали из гранатомета, что у него аж крыша улетела, видимо, в боекомплект зарядили. Из другого «укропы» вытащили треногу и с нее несколько раз пускали детонационный шнур для прохода в нашем минном поле, мы в итоге по ним тоже хорошо попали из РПГ, взорвались они там со своим шнуром с пластидом».
 
Столкнувшись с ожесточенным сопротивлением, ВСУ не выдержали и к 20.00 ретировались, понеся большие потери. Замысел противника был сорван, а основные силы врага – уничтожены.
 
Бой 4 июня продолжался до вечера. В тот день потери ВСУ составили 12 танков, включая два «Леопарда», до 18 БМП и до 500-600 человек убитыми. Это был самый настоящий «мясной штурм» и психическая атака.
 

Второй день боя. Развязка

 
Ночью из тыла на наши позиции прибыла бронегруппа, вернув бронебойщика с позывным Буря, который был в отпуске в бане, привезла боекомплекты и эвакуировала раненых. Утром 5 июня противник продолжил свои атаки. Однако на этот раз враг отказался проводить наступление в лоб. Он предпочел танковый обстрел наших позиций из единственного оставшегося у него «Леопарда» с недосягаемой для наших ПТУРов дистанции в пять километров.
 
По приказу Касима Буря и еще один боец с позывным Перо взяли выстрелы для РПГ и противотанковые ракеты и поползли на «Бонус» жечь бэтээры противника. На «Пензе» без противотанковых средств осталось только трое бойцов: Миллионер, Гранит и Феофан.
 
В полдень на «Бонусе» случилась трагедия: попавшим в блиндаж танковым снарядом был убит командир – майор с позывным Касим.
 
Потеря была тяжелейшая. По словам Миллионера, Касим умел вдохновлять бойцов: «Он просто говорил, что мы защищаем нашу Родину, что именно от нас сейчас все зависит, что за нами вся Россия и отступить нам никак нельзя. Один боец часто испытывал страх, но в том бою он преисполнился высочайшей доблести и положил десятки врагов из ручного пулемета в ближнем бою. К сожалению, он погиб вместе с командиром в тот день от снаряда».
 
Разрывом того же снаряда у бойца Перо осколком повредило ступню – и он долго полз на «Пензу». Миллионер и Феофан также попали под танковый выстрел, находясь в блиндаже – снаряд разорвался буквально в метре от них, разметав бревна. Оба были контужены. После танкового обстрела последними защитниками «Бонуса» остались Буря и раненый боец отряда «Шторм Z».
 
К 14.00 противник вновь пошел в атаку на бронетранспортерах «Казак». Оборону удавалось держать благодаря поддержке морпехов с фланга.
 
К 16.30 обороняться стало крайне сложно. На «Пензе» осколками был посечен пулемет Феофана, из оружия остались только автоматы и гранаты РГД. Все «лимонки», которыми днем ранее успешно отгоняли вражескую пехоту, были израсходованы. По словам Миллионера, иногда он от отчаянного ожесточения стрелял по бронетехнике просто из автомата. Укрепления были срыты артиллерией и фактически перестали существовать.
 
После опустошительного танкового обстрела последними защитниками «Бонуса» остались Буря, его раненый второй номер с позывным Кот и раненый боец отряда «Шторм Z». Они защищали опорник в течение следующих часов.
 
Однако потом и Буря был ранен осколками мины в спину. Под уколом обезболивающего вместе с раненым бойцом отряда «Шторм Z» ему удалось дойти до «Пензы», где всех перевязал Феофан.
 
На «Пензе» истекающий кровью Буря сообщил Миллионеру, что на «Бонусе» должен был оставаться еще один боец – его раненый второй номер, пулеметчик с позывным Кот, которого он потерял. Миллионер отправился туда спасать товарища. К сожалению, Кота найти не удалось: Миллионер столкнулся с ворвавшимся в окопы противником. Миллионеру удалось уйти по траншеям, отстреливаясь.
 
Принявший на себя командование группой после гибели Касима Татарин принял решение об отходе защитников укрепления «Кипр». Отходили на опорник «Дача», который располагался в 100 метрах в глубине наших позиций. Этот опорник удерживали два солдата из Якутии. На «Даче» наши вновь подверглись минометному обстрелу. Морпехи предлагали срочно покинуть и это место, но раненым требовалась перевязка, на это ушло еще 40 минут. Боец Феофан успел перевязать десятерых. Именно ему многие обязаны жизнью. В это время противник на захваченном «Бонусе» был занят сбором трофеев и сжиганием тел наших павших бойцов.
 
И тут наступила развязка. Увидев подобное надругательство над телами погибших товарищей, морпехи Тихоокеанского флота сожгли вэсэушников, занявших наши позиции, точным ударом «Солнцепека». Отходя, наши бойцы смогли эвакуировать раненых, два часа пробираясь вдоль натянутого шнура через минное поле под ударами минометов и кассетных снарядов. Так закончился этот бой. Больше на данном участке противник в последующие дни атак не предпринимал.
 

Цена обороны

 
Для 143-го полка эта победа имела немалую и горькую цену – многие защитники первого рубежа отдали свои жизни. Но как стало известно позднее из радиоперехвата и показаний пленных, из двух ударных батальонов ВСУ в строю остался лишь один взвод. Несколько десятков танков и бронемашин ВСУ были сожжены. Враг оставил любые попытки наступать на этом направлении, решив в дальнейшем пробовать свои силы в районе Новодаровки.
 
Этот бой оказался фатальным для дальнейшего украинского наступления – противник планировал всего за четыре часа прорвать российскую оборону и выйти к Новоселовке, развивая успех. Но его замыслы были сорваны.
 
Группа пехотинцев в простых открытых окопах, без дотов и дзотов, не только выиграла время для уточнения командованием обстановки и ввода резервов, но фактически выполнила и основную задачу: отразить первый и мощный удар бронетанкового кулака.
 
Анализ задействованных ВСУ сил и средств показал, что для прорыва российских позиций на этом направлении были выделены отборные части противника, которых нельзя упрекнуть в трусости и непрофессионализме. Они действовали грамотно и слаженно. По нормативам военной науки их количество было избыточным и рассчитанным не столько для прорыва передовых позиций нашей немногочисленной пехоты, сколько для развития наступления в оперативном тылу. Однако русским солдатам и офицерам ни на минуту не пришло в голову отступить без приказа – даже тогда, когда бойцов, способных держать оружие, оставались считанные единицы.
 
Этот бой у села Левадное в Запорожской области может войти в историю как пример стойкости русского солдата перед многократно превосходящими силами противника. Командование представило майора с позывным Касим к Звезде Героя посмертно. Несомненно, он ее заслужил, как заслужили награды и все участники этого героического боя. Миллионер, Феофан и Гранит были награждены орденами Мужества.
 
* Газете ВЗГЛЯД известны настоящие имена всех военнослужащих, упомянутых в данном тексте под своими позывными. Однако из соображений их личной безопасности и безопасности их родных и близких настоящие имена солдат и офицеров мы не приводим.
 
Источник

Источник
Оцените статью
Сitycelebrity