Генерал-лейтенант К. Мамантов в 1919 г.
В предыдущих материалах мы упоминали Андрея Шкуро, который в ходе Московского похода Деникина командовал Третьим Кубанским казачьим корпусом. Четвертым Донским корпусом в тот период руководил Константин Мамантов. Как и Шкуро-Шкура, этот человек вошёл в историю с искажённой фамилией, звучащей довольно экзотично – Мамонтов. К известному купцу-меценату он не имел никакого отношения: тот был потомком мосальских крестьян, в то время как белый генерал происходил из дворянской семьи, о которой первые упоминания встречаются в «земельной росписи» XV века.
В обеих фамилиях корень образован от греческого мужского имени Мамант, что в буквальном переводе означает «Вскормленный грудью» или «Сосущий грудь». Существуют и другие версии происхождения данного имени – тюркская («Мудрый»), кельтская («Сильный»), даже санскритская (от слова «любовь»). Тем не менее, эти версии не могут считаться серьёзными, так как в этом нет необходимости «углубляться в дебри»
На самом деле всё гораздо проще: имя христианского великомученика Маманта Кесарийского упоминается в православном календаре, в котором указаны дни почитания святых. В народе эта книга называется «Месяцеслов» или «Святцы», и именно по ней крещённому человеку традиционно давалось имя. Дата рождения обычно именовалась днём Ангела (например, Николай II родился в день почитания святого Иова Многострадального), а день крещения – тезоименитством. Представители высших сословий могли выбирать имена для своих детей. Отец Ивана Грозного, к примеру, был крещён под именем Гавриил, под которым его поминали на церковных службах, но в обществе он был известен как Василий III. А Иван IV при крещении получил имя Тит.
Крестьяне не имели возможности выбирать себе имена: какое священник записал при крещении, такое имя человек и будет носить до конца своей жизни. Так на Руси появились довольно странные имена: Акакий, Евлампий, Меркурий, Африкан и так далее. Также встречаются иудейские имена (Моисей, Иосиф, он же Осип, Иаков – Яков и так далее), из-за которых малограмотные «исследователи» зачастую записывают в евреи потомков чистокровных русских крестьян, предки которых на протяжении веков не имели возможности выехать дальше ближайшего уездного города.
Андрей Шкура утверждал, что свою неудобозвучную фамилию он улучшил по указанию Николая II, который якобы увидел её в списке награждённых. Однако на самом деле написание «Шкуро» фиксируется в документах только с 1919 года.
Изменение фамилии генерала Мамантова некоторые связывают с Троцким, который, по слухам, приказывал писать её через «О» – вероятно, чтобы «подшутить» и подразнить противника – в то тяжёлое время у Троцкого, вероятно, не было других забот.
Но возникает вопрос: кто и почему «изменил» фамилию известных купцов Мамонтовых? А также имя популярного в те годы актёра и анархиста – Мамонта Викторовича Дальского? Который, кстати, был ещё и отцом первого мужа Елены Нюренберг (второй супруг этой «роковой женщины» – генерал-лейтенант и доктор военных наук Евгений Шиловский, третий – Михаил Булгаков). Здесь всё просто. Русские крестьяне ничего не знали ни о доисторических животных, ни о Маманте Кесарийском, который был уроженцем Каппадокии и даже свою функцию покровителя домашнего скота в народном православии уступил святому Власию, на которого были перенесены черты языческого бога Велеса (как на Илью Пророка – черты Перуна, а на святую Прасковью – Мокоши).
Святой Мамант Кесарийский на русской иконе XVIII века
И непонятное имя Мамант было адаптировано под нормы русского языка (Мамонтий Овчарник) – по тому же принципу Ксении стали Аксиньями, а Юлианы – Ульянами. Уже в «Повести Временных лет» этот святой именуется именно Мамонтом: сообщается, что при Вещем Олеге русские купцы в Константинополе останавливались «при церкви святого Мамонта». То есть, фамилию белому генералу его противники сменили не по злому умыслу, а потому что «Мамонтов» звучало более привычно и «правильно».
Происхождение и начало военной службы К. Мамантова
Семью будущего генерала нельзя назвать особо знатной и богатой, но и захудалой её не назовёшь: один из его родственников, например, женился на родной сестре Владимира Николаевича Коковцова – министра финансов империи, а затем и премьер-министра. Константин Константинович Мамантов появился на свет в Петербурге 16 октября (по Григорианскому календарю) 1869 года. Его отец служил в лейб-гвардии Кирасирском полку, и сын также выбрал для себя военную карьеру. Вначале он учился в кадетском корпусе, затем – в Николаевском кавалерийском училище (в более ранний период это учебное заведение ещё называлось «Школой гвардейских подпрапорщиков», одним из выпускников которой был М. Ю. Лермонтов).
В училище К. Мамантов получил офицерский темляк и прилагавшееся к нему звание портупей-юнкера, которое присваивалось за успехи в учёбе (в армии – отличившимся в бою «нижним чинам»). По окончании учёбы в звании корнета в 1890 году он был направлен в лейб-гвардии Конно-гренадерский полк, однако в мае 1893 года за участие в дуэли был переведён в армию. История, видимо, была не слишком благородной, поскольку уйти из полка ему «рекомендовали» на офицерском суде чести.
Мамантов оказался в 11-м Драгунском Харьковском полку, в котором и дослужился до чина штабс-ротмистра. В 1898 г. он планировал уйти в отставку, однако благодаря семейным связям в 1899 году вернулся на службу – уже во Всевеликое Войско Донское, став подъесаулом 3-го Донского казачьего полка, размещавшегося в Вильно (эта часть носила имя Ермака Тимофеевича). В октябре 1901 года он получил звание есаула.
Две войны К. Мамантова
Во время Русско-японской войны Мамантов воевал в составе 1-го Читинского Забайкальского казачьего полка, в котором в 1913 году служил хорунжий Григорий Семенов – в будущем печально известный атаман, о котором командовавший американским интервенционным корпусом в Сибири генерал-майор Уильям Сидней Грейвс говорил, что тот:
Открыто бахвалился, что не может спокойно спать, если в течение дня хоть кого-то не убил.
Этот полк входил в кавалерийскую бригаду генерала Мищенко и принимал участие в кавалерийских рейдах по тылам противника. За время войны К. Мамантов был награждён четырьмя орденами: Святой Анны IV степени с надписью «За храбрость» («аннинская шашка») и Святой Анны III степени с мечами, Святого Станислава III степени с мечами и бантом и II степени с мечами.
В конце февраля 1908 года он был повышен до чина войскового старшины (соответствовал званию кавалерийского подполковника) и стал командиром сотни 3-го Донского полка, а затем — помощником командира по строевой части расквартированного в Москве 1-го Донского казачьего полка. Здесь Мамантов, наконец, нашёл время для женитьбы. Его супругой стала баронесса фон Штемпель, братья которой командовали полками 6-й кавалерийской дивизии. В этом браке родилась дочь, которую назвали Екатериной.
В 1914 году мы видим К. Мамантова уже командиром 19-го Донского казачьего полка, а в 1915 он возглавил 6-й Донской казачий полк. В том году умерла первая жена Мамантова, но он вскоре «утешился», завязав отношения с супругой одного из своих подчиненных – сотника М. Кононова. Это была Екатерина Сысоева, дочь состоятельного московского буржуа, она стала второй женой Мамантова и родила дочь Валентину. За время Первой мировой войны Мамантов дослужился до звания генерал-майора и возглавил казачью бригаду (в составе 6-й кавалерийской дивизии), был награждён орденами Святого Владимира III и IV степени.
При этом следует отметить, что репутация у Мамантова была, мягко говоря, неоднозначной, многие говорили о его сложном характере, конфликтности и карьеризме. Уже в августе 1919 года – в то время, когда 4-й Донской казачий корпус Мамантова продвигался на Москву, в белогвардейской газете «Донские Ведомости» вышла статья, в которой говорилось:
Есть люди, делающие бурю. Они не выносят покоя. В них заложены огромные силы, ищущие выхода в неустанном напряжении, в непрерывной борьбе и вечном кипении. Если не дать выхода этим силам, они пожирают человека. Одни спиваются, другие кончают жизнь самоубийством, третьи делают бурю. Таким человеком, делающим бурю, является Мамантов. Расспросите о нём тех, кто окружал его в жизни раньше. О нём скажут: «Беспокойный Мамантов! Неуживчивый Мамантов. Дольше месяца не служил на одном месте. Менял службу. Менял полки. Много хлопот доставлял начальству. Много тревог своим близким. Зря ставил на карту свою жизнь и чужую».
Константин Мамантов в начале гражданской войны
После Октябрьской революции Мамантов увел свою бригаду с фронта. Оказавшись на Дону, казаки разошлись по домам, а Мамантов устроился в станице Нижне-Чирской, где в январе 1918 года организовал небольшой отряд общей численностью около ста человек. Поддержки от местных жителей он не получил, более того, Нижне-Чирский окружной казачий круг приказал ему покинуть эту территорию. Мамантов подчинился и увел свой отряд в Новочеркасск.
Здесь его ждало разочарование: никто не желал сражаться с красными, и 29 января (11 февраля) 1918 года войсковой атаман А. М. Каледин сообщил членам своего правительства, что Корнилов уводит свою армию на Кубань и защищать Донскую область от наступающих большевиков готовы лишь 147 человек. Сложив полномочия, он застрелился, оставив генералу Алексееву записку, что уходит из жизни, потому что «казачество отказалось следовать за своим атаманом». «Добровольцы» Корнилова отправились в неудачный Первый Кубанский («Ледяной») поход на Екатеринодар. А Мамантов со своими людьми присоединился к отрядам походного атамана генерала Петра Попова, которые 12 февраля 1918 года отправились в так называемый «Степной поход». Их путь лежал на казачьи зимовники – в Сальские степи. Всего из Новочеркасска выступило около трёх с половиной тысяч человек, 205 из них находились под командой Мамантова.
21 февраля отряд Мамантова принял участие в первой удачной стычке с казаками Буденного и Думенко. Не слишком значительные боевые столкновения с красными проходили также и в марте. В это время Мамантов получил известие о восстании в той самой станице Нижне-Чирской, на помощь к которой он отправился 2 апреля.
Между тем созданная было Донская Советская республика оказалась в кольце мятежей и была разгромлена.
29 апреля красные войска покинули Новочеркасск, где был созван так называемый «Круг спасения Дона». Новым войсковым атаманом был избран Петр Краснов – тот самый, что во время Великой Отечественной войны пойдёт на службу III Рейху и станет начальником Главного управления казачьих войск Имперского министерства восточных оккупированных территорий, 16 января 1947 года будет повешен во дворе Лефортовской тюрьмы.
П. Краснов на фотографии 1918 г.
Своими симпатиями к Германии Краснов отметил себя уже в 1918 году, когда после оккупации в мае Ростова-на-Дону, Таганрога, Миллерово, Чертково, других городов он начал активно сотрудничать с немцами, что вызывало резкое недовольство Деникина, который пользовался поддержкой Антанты. А части Красной армии в то время отошли в Царицын.
Мамантов продолжал воевать, его отряд постоянно пополнялся, и к началу мая его численность достигала 10 тысяч человек. Между тем в его тыл неожиданно прорвался сильный отряд Е. Щаденко, который позже станет политкомиссаром Первой Конной армии. Другие красные отряды в это время наступали от Царицына. Упорные бои проходили с 20 по 26 мая, о степени их ожесточенности можно судить по тому, что сам Мамантов тогда получил три ранения. Атаки красных удалось отбить, более того, восстали казаки Хоперского округа, а части генералов Секретова и Старикова, заняв Усть-Медведицкий округ, смогли установить связь с отрядами Мамантова.
Осада Царицына
В июле 45-тысячная Донская армия выступила на Царицын. Одной из трёх её групп командовал Мамантов, численность его подчиненных составляла 12 453 человека (в том числе 397 офицеров) при 28 орудиях и 88 пулеметах, также были бронепоезда, бронеавтомобили и даже аэропланы.
Две другие группы возглавляли полковник Поляков и генерал Фицхелауров. Город защищали красноармейцы Царицынского фронта и отступившие под натиском немецких войск 3-й и 5-й советских армий. В Царицыне находились такие уже известные и авторитетные люди, как И. Сталин, К. Ворошилов, Ф. Миронов (будущий командир Второй Конной армии), А. Пархоменко (главный герой одноимённого советского фильма), Е. Щаденко (в годы Великой Отечественной войны – заместитель наркома обороны СССР и член Военных советов Южного и 4-го Украинского фронтов).
М. Греков. «Товарищи Сталин, Ворошилов и Щаденко в окопах под Царицыным»
Н. Котов. Фрагмент панорамы «Оборона Царицына»
Донская армия так и не смогла взять Царицын, хоть трижды безрезультатно штурмовала этот город – в июле-сентябре и сентябре-октябре 1918 г. и в январе-феврале 1919-го. В декабре 1918 года оборону города возглавил будущий советский маршал А.М. Егоров, который отправил в рейд по тылам белых конный отряд, возглавляемый сначала Думенко, а потом – Буденным. Успешные действия красных кавалеристов позволили отразить третий штурм и разбить войска Мамантова.
В результате П. Краснов был вынужден уйти в отставку, а на Царицын двинулась добровольческая Кавказская армия Врангеля, которая и захватила город 17 (30) июня 1919 года.
Долго в Царицыне белые не продержались: уже в конце августа того же 1919 года Красная армия начала операцию по возвращению города, который был полностью освобожден в ночь на 3 января 1920 года.
В следующей статье мы продолжим и закончим рассказ. Поговорим о знаменитом Мамонтовском рейде, поражении корпусов Мамантова и Шкуро, деградации белоказачьих частей Дона и Кубани и бесславной смерти Мамантова в Екатеринодаре.
- Валерий Рыжов