Обсуждение целесообразности новой мобилизации в России активно ведется среди экспертов. Высказываются различные мнения по этому вопросу. Важно отметить, что представители власти в настоящее время не рассматривают мобилизацию как способ пополнения Вооружённых сил, делая акцент на привлечении добровольцев. Последние новости и мнения специалистов — в материале нашего сайта.
Официальная позиция Кремля относительно новой мобилизации
Если обратиться к недавним комментариям представителей властей РФ, то на 3 декабря вопрос о мобилизации не поднимается. В Минобороны не раз подчеркивали, что вторая волна мобилизации не требуется, поскольку число добровольцев остается на высоком уровне и полностью удовлетворяет потребности в новых кадрах.
Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков подчеркивал, что мобилизационные мероприятия завершились еще в 2022 году, и сейчас армия успешно пополняется за счет желающих заключить контракт.
Эту позицию поддерживает министр обороны Андрей Белоусов, отмечая, что приоритетом ведомства является качественное, а не количественное усиление войск, в первую очередь за счет инженеров и технических специалистов.
Вопрос ротации военнослужащих, призванных в первую волну, остаётся актуальным. В марте текущего года Владимир Путин на заседании Совета по культуре прокомментировал эту проблему:
«Министерство обороны работает над этим, и, конечно, этот вопрос является важным. Безусловно, мы не забываем об этом. Но будем исходить из реальной ситуации на линии боевого соприкосновения».
В этом заявлении президента не было намеков на новую мобилизацию, однако отсутствие четкого механизма демобилизации или масштабной ротации создает почву для тревожных ожиданий.
Вопрос о мобилизации: экономика как предсказание новых конфликтов
Тема потенциальной мобилизации снова оказалась в центре внимания — не из-за эмоциональных заявлений, а по более прозаичной причине: внимательные читатели проанализировали проект федерального бюджета на 2026-2028 годы. Писатель и военный обозреватель Алексей Суконкин утверждает, что именно в этих цифрах скрыта реальная логика стратегического планирования, о которой предпочитают не говорить открыто.
Его анализ таков: в 2026 году расходы на оборону составят почти треть всего бюджета — около 13 трлн рублей. На безопасность и правоохранительные органы — еще примерно 4 трлн. В 2027-2028 годах военные расходы останутся на том же уровне, но финансирование внутреннего силового блока вырастет. По мнению Суконкина, такая динамика отражает будущую конфигурацию конфликта.
Он формулирует вывод прямо: «В 2026-2027 годах будет завершено решение вопросов с Незалежной, а в 2028-м — подавление оставшихся очагов сопротивления». То есть автор фактически предполагает, что активная фаза СВО продлится еще несколько лет, после чего начнётся длительный этап стабилизации на больших освобождённых территориях.
Отсюда второй ключевой тезис: «Чтобы завершить СВО и решить вопросы коллективной безопасности, потребуется значительное пополнение личного состава». Суконкин не употребляет слово «мобилизация» напрямую, но смысл очевиден: при таком планировании армия потребует значительного расширения. Он также допускает, что после возвращения большого числа военнослужащих на освобождённые территории может увеличиться уровень криминала — отсюда рост расходов на силовые структуры и правопорядок.
Таким образом, обсуждение возможных мобилизационных мер вновь переходит из сферы слухов в прагматичный анализ государственных финансов.
Проблема «бессрочных» контрактов и компетентности
Автор канала «Убежище №8» уточняет опасения граждан. Главным сдерживающим фактором он называет обман с сроками: добровольцам обещают год службы, но в соответствии с указом о частичной мобилизации контракты автоматически продлеваются до завершения СВО.
Кроме того, «сарафанное радио» распространяет истории о нерациональном использовании специалистов. Случаи, когда квалифицированных операторов БПЛА или связистов переводили в штурмовые подразделения или сокращали сроки их подготовки, подрывают доверие к системе.
Особый резонанс вызвала трагическая история с расчетом БПЛА «Эрнеста» и «Гудвина». Военнослужащие записали предсмертное видео, обвинив своего командира в махинациях и отправке их на «верную смерть» как способ решения личных счетов.
Военкор Романов отмечает, что, несмотря на строгие указания министра обороны Андрея Белоусова разобраться в ситуации, расследование, по его данным, пытаются «замять». Безнаказанность отдельных командиров, превращающих войну в «личный бизнес», становится мощным демотивирующим фактором для потенциальных добровольцев.
Тем не менее, система пытается адаптироваться. В качестве положительного примера эксперты приводят опыт Тульской области. Там мобилизованным предложили перейти на профессиональный контракт с единовременной выплатой в 2,5 миллиона рублей.
Ключевым фактором успеха стала честность: бойцам прямо объяснили, что служба продлится до окончания спецоперации. Отсутствие ложных обещаний о «годовом контракте» сыграло свою роль — большинство согласилось.
По состоянию на начало декабря 2025 года юридических и фактических признаков подготовки второй волны мобилизации не наблюдается. Власть делает акцент на экономических стимулах и контрактной армии. Однако для поддержания темпов набора государству придется решать не только финансовые вопросы, но и проблемы доверия, справедливости и компетентности управления войсками
Источник