В мае текущего года российская банковская система потеряла 500 миллиардов рублей, которые граждане хранили на депозитах.
Общий объем вкладов физических лиц снизился до 67,6 триллиона рублей — это минус 0,8 процента. Хотя это число кажется незначительным, контекст вызывает беспокойство: в предыдущем месяце, апреле, портфель вкладов, напротив, увеличился на 1,7 процента. Такой резкий поворот заставил аналитиков вновь задуматься о прочности текущей структуры банковского сектора и о том, какие действия предпримут финансовые власти, если отток продолжится?
Своим мнением по поводу ситуации поделился доктор экономических наук, профессор Никита Кричевский. В своем авторском телеграм-канале он представил достаточно взвешенный и лишенный панических нот анализ происходящего.
Двуной основа, которая начала пошатываться
Кричевский характеризует нынешнюю финансовую архитектуру как конструкцию, основанную на двух опорах. Первая — это размещение облигаций федерального займа, с помощью которых Минфин привлекает средства для покрытия бюджета. Вторая — постоянный приток денег от населения на банковские вклады. Обе опоры взаимосвязаны: банки, привлекая средства вкладчиков под процент, инвестируют их в том числе в ОФЗ, получая прибыль на разнице ставок.
По мнению экономиста, проблема заключается в том, что обе эти опоры начали ослабевать. Люди все больше переводят свои средства из банков в альтернативные инструменты — от наличных сбережений до инвестиций в недвижимость и товары длительного пользования. Интерес банков к ОФЗ также не бесконечен. Вторая половина осени, по прогнозам Кричевского, может стать временем, когда ослабление этой двойной модели ускорится.
Что власти точно не будут делать с вкладами
Самый волнующий вопрос для держателей депозитов: не повторят ли власти сценарий заморозки вкладов, как это было в советском прошлом или в недавней практике некоторых стран? Профессор однозначно отвечает на это: нет. По его данным, принудительная блокировка счетов не рассматривается даже в качестве обсуждаемой гипотезы на уровне принятия стратегических решений. Власти осознают, что такой шаг подорвал бы доверие к банковской системе мгновенно и с катастрофическими последствиями.
Не стоит ожидать и обмена вкладов на государственные ценные бумаги в принудительном порядке. Кричевский напомнил о судьбе пилотного проекта Сбера, который пытался предложить клиентам конвертировать депозиты в облигации. Этот проект столкнулся с мощным общественным сопротивлением, вызвал негативные реакции в СМИ и соцсетях и был быстро свернут. Урок усвоен, повторять его никто не собирается.
Что могут сделать банки вместо заморозки
Отказ от радикальных мер не означает, что вкладчиков не ожидают изменения. Кричевский предсказывает введение менее заметных, но ощутимых ограничений, которые банки могут ввести в ответ на нестабильность пассивной базы.
Первое — комиссии за досрочное расторжение договора вклада. На данный момент по большинству депозитов при досрочном закрытии вы просто теряете проценты, получая обратно тело вклада. Новая реальность может быть иной: банк удержит фиксированную комиссию, и вы получите на руки меньше, чем вложили изначально. Это должно охладить желание метаться между банками в поисках временной выгоды.
Второе — «периоды охлаждения» для крупных сумм. Механизм таков: вы подаете заявку на снятие значительной суммы наличных или перевод на крупную сумму, но операция выполняется не сразу, а через несколько дней или даже неделю. Формально — для проверки безопасности и борьбы с мошенничеством. Фактически — чтобы банк успел перегруппировать ликвидность и избежать кассового разрыва.
Почему не стоит рассчитывать на резкое падение ставок по вкладам
Существует общее ожидание: вот-вот ключевую ставку понизят, доходность депозитов упадет, и тогда деньги снова хлынут на потребительский рынок. Кричевский считает такой сценарий маловероятным в ближайшей перспективе.
Логика проста. Минфин должен продолжать размещать ОФЗ, а для этого доходность по госбумагам должна оставаться привлекательной для инвесторов. Банкам выгодна высокая маржа между стоимостью фондирования и доходностью активов. Прибыль значительной части кредитных организаций сегодня во многом формируется именно за счет операций с государственными бумагами. Понижение ставок — это удар как по бюджетным интересам, так и по банковской прибыли. Пока этот треугольник — Минфин, ЦБ, банки — сохраняет статус-кво, вкладчикам будут платить высокий процент, однако и экономическая среда останется жесткой.
Эмиссия как предохранительный клапан
В качестве одной из мер, которая могла бы временно снять напряжение с банковской ликвидности, профессор называет контролируемую денежную эмиссию. По его наблюдениям, определенный вброс рублей в экономику уже происходит: объем наличных денег у населения растет. Осенний дополнительный впрыск ликвидности мог бы, по мнению Кричевского, сыграть роль амортизатора — дать банкам возможность дышать, не прибегая к заморозкам, принудительным обменам и другим нежелательным для общества решениям.
Разумеется, эмиссия несет инфляционные риски. Однако в ситуации, когда набор инструментов денежно-кредитной политики сузился до предела, а большинство привычных рычагов уже задействовано на максимум, выбор, по логике эксперта, сводится к меньшему из зол.
Что делать вкладчику прямо сейчас
Конкретных инвестиционных рекомендаций профессор не предоставляет, но общая логика его комментария ясна. Депозит остается защищенным инструментом в пределах застрахованной государством суммы — 1,4 миллиона рублей. Заморозки не будет. Однако к постепенным изменениям правил игры — комиссиям, задержкам, снижению гибкости распоряжения деньгами — стоит готовиться. Возможно, есть смысл зафиксировать текущие высокие ставки по вкладам на максимально длительный срок, пока банки не начнут вводить дополнительные ограничения для досрочного выхода. Осень, как предупреждает Кричевский, может стать временем, когда окно возможностей начнет закрываться.