Урановая броня американских танков «Абрамс» и их бронебойные подкалиберные снаряды, изготовленные из обеднённого урана, стали своего рода источником опасений. Это незримая угроза, которая постоянно всплывает в различных медиа и вызывает тревогу у неподготовленной аудитории. Говорят, что радиация существует, хотя уран обеднённый и менее активен, чем топливо, применяемое в атомных электростанциях.
Эта радиофобия в какой-то степени оправдана: обеднённый уран, попавший в организм через проглатывание или вдыхание, действительно может оказать вредное воздействие благодаря своей умеренной радиоактивности и токсичности — в конечном итоге, именно последняя может причинить больший ущерб. Особенно это актуально в районах, где военные действия уже завершились, оставив урановый след в почве и подземных водах.
Существуют также более радикальные утверждения о том, что урановые снаряды и броня в процессе «мирного» использования делают танк источником радиации, угрожающим жизни экипажа. Можно ли с уверенностью сказать, что они могут причинить значительный вред здоровью?
Ранее уже поднималась эта тема, но тогда отсутствовали данные о реальных измерениях радиационного фона в танках «Абрамс». Теперь доступны документы по М1А2 — отчёт 1997 года. Исследованный танк имел броню не третьего поколения, но оснований полагать, что радиационная ситуация с урановым бронированием третьего поколения кардинально изменилась, нет.
О радиоактивности урановых снарядов на примере танка М60А3
Что касается угрозы обеднённого урана с точки зрения его радиоактивности не изнутри организма, а снаружи, то этот вопрос не так прост. Обеднённый уран, представляющий собой смесь различных изотопов (преимущественно уран-238) и следовых количеств продуктов их распада, не обладает высокой радиоактивностью. Не в том смысле, что он не излучает альфа-частицы, которые не могут пройти даже через лист бумаги, не говоря уже о коже человека.
Когда речь заходит о снарядах, для которых сердечники и корпуса изготавливаются из сплава обеднённого урана и нерадиоактивных металлов, это в целом снижает их удельную активность на грамм массы. Тем не менее, обеднённый уран также излучает гамму- и бета-частицы, которые обладают большей проникающей способностью и могут создавать дозовую нагрузку для человека.
Каковы же эти уровни радиации, получаемые танкистами?
Для тех, кто не знаком с темой, уточним: значения доз будут измеряться в микрозивертах (мкЗв). Безусловно, абсолютно безопасных доз радиации не существует. Но радиационный фон, который не окажет негативного воздействия на организм человека даже при длительном воздействии, составляет 0,2 мкЗв в час и ниже.
Это просто статистические данные, «идеальные». Мы возьмём их как базу.
Урановые снаряды, конечно, обеспечат значительно более высокий уровень радиации. В качестве примера можно рассмотреть урановые подкалиберные 105-мм снаряды М900 в боекомплектах танка М60А3. Хотя они и имеют меньшую массу обеднённого урана по сравнению с 120-мм снарядами «Абрамса», они дают представление о ситуации в целом.
Если разместить дозиметр-радиометр между неупакованными снарядами, можно зафиксировать 20 мкЗв в час — это довольно высокий уровень излучения. Тем более, что у танка М60А3 нет адекватной защиты боекомплекта. В результате, при наличии урановых снарядов в М60А3 на рабочем месте механика-водителя радиационный фон в среднем составляет 1,8 мкЗв в час, у заряжающего — 1,4 мкЗв в час, у командира и наводчика — 0,4 мкЗв в час.
Радиационный фон внутри «Абрамса»
Изучив результаты дозиметрии на рабочих местах экипажа М60А3, можно предположить, что «Абрамс», в дополнение к урановым подкалиберным снарядам, обладает урановой бронёй, превращая танк в опасный источником радиации для своих танкистов — урана же много, целые тонны. Однако это не так.
Снаружи броня данного танка, если приложить дозиметр-радиометр к лобовой части башни, действительно излучает. Показатели могут достигать 3 мкЗв в час. Кормовая часть башни снаружи, если в неё загрузить урановые подкалиберные снаряды, также приведёт к срабатыванию радиометра и сигнализации об опасном уровне излучения — здесь можно зафиксировать до 2 мкЗв в час.
Но внутри ситуация совершенно иная — находясь на своих рабочих местах, члены экипажа в лице командира, наводчика и заряжающего получают дозу, которая ниже, чем если бы они отдыхали на чистом лесном пространстве, где никогда не было человека. И это действительно так.
Даже на абсолютно чистых с точки зрения антропогенного воздействия территориях сложно найти радиационный фон ниже 0,1-0,15 мкЗв в час. А вот мощность дозы на местах заряжающего и командира, находящихся ближе всего к кормовой башенной боеукладке, составляет 0,029 мкЗв в час и 0,096 мкЗв в час соответственно. У наводчика ситуация схожая — он также получает меньшую дозу, чем если бы находился далеко от танка снаружи.
Это вполне реально.
Во-первых, нагромождение металлических массивов, неметаллических материалов и обеднённого урана (последний расположен в лобовой части башни) экранирует природное радиационное излучение. Броня практически полностью поглощает внешнее бета-излучение и существенно ослабляет гамма-лучи.
Во-вторых, все боекомплекты данного танка полностью изолированы от обитаемых отсеков металлическими перегородками (дверями), благодаря чему излучение от урановых снарядов в зонах расположения командира, наводчика и заряжающего минимально. Его фактически нет.
В-третьих, сама урановая броня практически не излучает для этих членов экипажа. Урановые элементы входят в состав комбинированного пакета брони и перекрываются стальными массивами (и другими компонентами), что снижает уровень излучения. Также стоит отметить, что башнёры находятся на достаточном расстоянии от брони и дополнительно защищены различными приборами — прицелами и тому подобным, выполняющими роль экрана.
Единственным, кто может подвергаться более высокому уровню радиации, является механик-водитель «Абрамса», поскольку над его головой располагается массив урановой брони. При закрытом люке, когда лобовая броня башни находится непосредственно над ним, фон на его рабочем месте может превышать естественный уровень (вне танка, природный) на 0,06 мкЗв в час. Это всё равно незначительные значения, которые не стоит рассматривать с точки зрения опасности.
При открытом люке механика-водителя, когда над ним расположена лобовая броня башни, дозы могут достигать 0,24 мкЗв в час, что также считается безопасным.
Наиболее опасное с точки зрения радиации положение башни в сочетании с открытым люком механика-водителя
Если кормовая ниша башни «Абрамса» загружена урановыми боеприпасами, а сама башня повёрнута пушкой назад (на 6 часов, когда пушка направлена к корме, а ниша со снарядами находится над головой механика-водителя), радиационный фон на месте механика-водителя при закрытом люке возрастает до 0,15 мкЗв в час. Это также находится в пределах допустимой нормы и не представляет опасности.
Самая «жёсткая» ситуация, когда механик-водитель будет подвергнут большему облучению, возникает, когда над ним расположена кормовая ниша башни, заполненная урановыми снарядами, а его люк открыт. В этом случае в районе его головы мощность дозы может достигать примерно 1,3 мкЗв в час, а на его рабочем месте в целом — 0,8 мкЗв в час. Но это уже больше относится к кратковременным действиям, и не оказывает значительного влияния на дозовую нагрузку для механика-водителя.
Открытые двери кормовой ниши, где находятся урановые снаряды, также не значительно увеличивают радиационный фон в башне. На месте заряжающего доза возрастает всего до 0,096 мкЗв в час, а на месте командира — до 0,17 мкЗв в час.
Выводы
Таким образом, можно сделать вывод, что внутри танков М1А2 «Абрамс» в радиационном плане всё довольно безопасно, особенно для членов экипажа, которые хорошо защищены от внешней природной радиации. Механик-водитель получает немного большую дозу, чем командир с наводчиком и заряжающим, но она также находится в пределах разумного и не превышает нормы.
Единственную угрозу представляют внешняя часть лобовой брони, где показатели достигают 3 мкЗв в час, а также кормовая ниша башни с урановыми снарядами, где уровень фона доходит до 2 мкЗв в час. Однако, в обоих случаях такой фон находится близко к внешней поверхности — чем дальше от неё, тем уровень радиации ниже.
Кроме того, даже если сидеть на броне по 12 часов каждый день в течение года, не получится превысить годовой лимит дозы для работников атомной отрасли. И это не учитывая, что одежда и верхние слои кожи задерживают часть проникающего излучения. Чтобы риск заболевания раком при таком уровне радиации увеличился на 1%, нужно находиться в непосредственной близости к броне более 5 лет круглосуточно.
Источники информации:
Замеры радиации в танке М1А2 «Абрамс»: «Radiation Measurements on M1A2 with Depleted Uranium,» Aberdeen, MD: Aberdeen Test Center, December 11, 1997
Замеры фона от 105-мм снарядов в М60А3: OSAGWI, 1998, Tables 17-18, p. 36.
- Эдуард Перов
- wikipedia.org / dzen.ru