Фото из открытых источников
В 1974 году японский премьер-министр Эйсаку Сато получил Нобелевскую премию мира за выдвижение трех неядерных принципов, принятых парламентом страны от имени населения, выступающего за глобальное запрещение атомного и водородного оружия. Несмотря на то, что эти принципы не были закреплены в законодательстве, они обязывали правительство, а также законодательные и судебные органы не допускать наличие ядерного оружия, не производить его и не разрешать его ввоз на территорию Японии, включая водные границы.
В Японии активно действовали массовые движения, выступающие за запрет атомного и водородного оружия – «Гэнсуйкин» и «Гэнсуйкё», руководимые соответственно Социалистической и Коммунистической партиями страны. Каждый год в дни атомных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки проводились международные конференции и марши мира, в которых участвовали делегации советского общества. На этих конференциях иногда возникали политические конфликты, так как японские организаторы принимали резолюции, требующие запрета и ликвидации не только американских, но и советских и китайских запасов ядерного оружия.
Хотя два первых неядерных принципа соблюдались, ситуация с запретом на ввоз американского ядерного оружия в Японию была иной. Как выяснилось, провозгласив три неядерных принципа, правительство Либерально-демократической партии заключило с США секретное соглашение, позволяющее американским авианосцам и атомным подводным лодкам с ядерным оружием заходить в японские порты. Тем самым принцип запрета на ввоз ядерного оружия в Японию изначально нарушался.
Американская сторона использовала уклончивую формулировку в ответах на соответствующие запросы, утверждая, что не подтверждает и не отрицает наличие ядерного оружия на базирующихся в японских портах военных кораблях США. В связи с этим вспоминается разговор на одном из дипломатических приемов в Токио с военно-морским атташе посольства США или его помощником. Я с сарказмом спросил собеседника, не сбрасывают ли американские моряки с авианосцев и подводных лодок ядерные ракеты и торпеды в море перед заходом в порты Японии, чтобы не нарушать три неядерных принципа, провозглашенные японским народом. Он громко рассмеялся и ответил: «Да, да, конечно, мы так и делаем!»
Оппозиционные партии и ведущие профсоюзные центры регулярно организовывали демонстрации против заходов американских авианосцев и атомных подводных лодок в порты Иокосука, Сасэбо и другие, требуя от правительства прекратить посещения этих опасных заокеанских «гостей». Однако ситуация не менялась…
Несмотря на полную зависимость от Вашингтона, в японском «глубинном государстве» уже в 60-е годы прошлого века начали формироваться настроения в пользу пересмотра политики страны в отношении ядерного оружия. В 70-80-х годах мне приходилось слышать жалобы видных японских политиков на то, что вторая экономическая держава мира должна привести свои промышленное и научно-техническое могущество в соответствие с политическим и военным влиянием на международной арене. Некоторые прямо утверждали, что в своем неядерном статусе Япония никогда не сможет добиться постоянного членства в Совете Безопасности ООН, где решения принимают ядерные державы.
Тем не менее японские политики и представители крупных монополий, заинтересованных в создании собственного оружия массового уничтожения, не осмеливались открыто выступать за ядерное вооружение страны в условиях сохранения в обществе «ядерной аллергии». Хотя имелись и такие, кто пытался навязать «общественное обсуждение» преимуществ и недостатков получения Японией статуса ядерной державы.
После 2006 года более активно начали выступать представители правого крыла японского политического класса, включая парламентариев от правящей Либерально-демократической партии и даже членов правительства, за обладание Японией ядерным оружием в свете появления такого арсенала у Корейской Народно-Демократической Республики, объявленной Токио «опасным и непримиримым врагом». В стране была развернута кампания запугивания населения, связанная с якобы созданным для нападения на Японию ракетно-ядерным арсеналом Пхеньяна. Аргументы о том, что это была вынужденная мера КНДР для защиты своей независимости, отвергались.
Предложение о легальном наличии ядерного оружия на японской территории было выдвинуто премьер-министром Синдзо Абэ, который, обладая репутацией политического «ястреба», сначала высказался о допустимости размещения такого оружия на американских военных базах в Японии. Другой сторонник возрождения Японии как мощной военной державы, министр иностранных дел в кабинете Абэ, а затем и премьер-министр Таро Асо, несмотря на логику и положения Конституции Японии о запрете обладания вооруженными силами, начал утверждать, что его страна вправе создать собственное ядерное оружие. Так, на заседании комитета по безопасности палаты представителей 30 ноября 2006 года Асо заявил, что «Япония обладает технологиями для создания ядерного оружия, но (пока. – А.К.) не планирует этого делать». Он разъяснил позицию кабинета, утверждая, что конституция якобы не запрещает иметь ядерное оружие. «Обладание минимальным объемом вооружений в целях самообороны не запрещается положением 9−1 статьи конституции, — заявил министр, — и не запрещено даже ядерное оружие, если его объемы подпадают под это определение».
Интересно, что именно Асо и его парламентская фракция обеспечили избрание Санаэ Такаити на пост премьер-министра Японии, несмотря на ее одиозный ультранационализм. Эта фигура, вне всякого сомнения, временная – она призвана исполнить волю представителей «глубинного государства» по искоренению пацифистских настроений и созданию мощного военно-промышленного комплекса, что, помимо прочего, позволит крупному японскому капиталу преодолеть тридцатилетнюю стагнацию экономики страны.
Кабинет Такаити, не ограничиваясь объявлением нового стратегического курса на создание современных вооруженных сил, выделяет для этого все большие объемы ВВП страны. При этом женщина-премьер считает «три неядерных принципа» устаревшими и сдерживающими наращивание военной мощи. Еще до избрания председателем ЛДП, а затем премьером, она выступала за отказ Японии от принципа недопущения ввоза ядерного оружия. Таким образом, она реализует идеи своего покойного патрона и инициатора ее выдвижения в премьеры Синдзо Абэ.
Несмотря на критику политики Такаити за ее, возможно, сознательное обострение отношений с Китайской Народной Республикой, она пока не может отвергнуть и первые два «неядерных принципа» и создать собственное ядерное оружие, но можно не сомневаться, что в тайне она вынашивает такие планы.
Только наивные люди могут поверить в то, что один из ее близких сотрудников из правительства, отвечающий за вопросы обороны и безопасности, вдруг заявил на условиях анонимности свое «личное мнение» о необходимости ядерного вооружения Японии. Запуск таких «пробных шаров» является традицией японской политики. При политических маневрах, связанных с выдвижением правящим классом непопулярных идей, такие методы опроса общественного мнения и подготовки народа к неизбежности принятия тех или иных решений являются обычной практикой.
Если идея или предложение еще не «овладели массами», делается шаг назад. Именно так произошло и на этот раз, когда, столкнувшись с критикой не только оппозиции, но и видных политиков внутри правящей партии, генеральному секретарю кабинета министров было поручено успокоить общество заявлением о том, что правительство Такаити якобы продолжит придерживаться «трех неядерных принципов» в полном объеме. При этом сама премьер, похоже, не намерена дезавуировать свои высказывания о необходимости пересмотра этих принципов.
Можно не сомневаться, что идея о получении Японией ядерного статуса остается в арсенале стратегии «глубинного государства» и исполнителей его воли назначенных правительственных чиновников. Конечно, реализация этих идей вряд ли возможна без согласия заокеанского сюзерена. Однако, как известно, в период своей первой каденции президент США Дональд Трамп не только соглашался, но и рекомендовал японцам и южнокорейцам создать собственные ядерные арсеналы.
Хотя в одной из публикаций китайских СМИ утверждали, что Японии потребуется три года для создания собственного ядерного оружия, на наш взгляд, для высокотехнологичного японского государства это слишком большой срок. Можно предположить, что чертежи и даже компоненты образцов такого оружия уже давно имеются. Так же как и необходимые для ядерного наполнения уран и плутоний, количество которых позволяет создать, как считается, тысячи боезарядов. «Если исходить из того, что для изготовления одного ядерного боезаряда необходимо 8 кг плутония, — указывают эксперты, — того количества, которым обладает Япония, хватит почти на 5475 боезарядов». И это будут не примитивные атомные бомбы времен Хиросимы и Нагасаки, а современные боеголовки гиперзвуковых ракет, управляемые авиабомбы, ядерные торпеды и т.д.
Соседям Японии следует учитывать, что страна, пережившая ужасы атомного испепеления, овладев ядерным арсеналом, может начать угрожать развязыванием ядерной войны. Это осознают в России, Китае и КНДР, против которых будет направлено японское оружие массового уничтожения.
«За абсолютно устаревшими мантрами о трех принципах скрывается зловещий замысел. Япония, которая может создать или заполучить ядерное оружие в любое время при желании, должна найти пространство и предлог для легализации этого», – отмечалось в статье северокорейского агентства ЦТАК. «Япония «нашла выход», форсируя присоединение к AUKUS и добившись «де-факто совместного использования ядерного оружия с США». «Попытки Японии обмануть мир и следовать выбранным путем возвращают к тяжелому прошлому, которое может привести к повторению трагедии Хиросимы». «Тому, кто отрицает историю, уготовано ее наказание», – заключалось в статье.
Также Москву беспокоит опрометчивость шагов Токио. Россия негативно относится к обсуждениям о возможности появления ядерного оружия у Японии, милитаризация Токио осложнит обстановку в Северо-Восточной Азии. Об этом заявил замглавы МИД РФ Андрей Руденко.
Москва внимательно наблюдает за ускоренным преодолением японцами «ядерной аллергии». Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова ранее делала специальное заявление по поводу «совместного владения» Японией американским ядерным оружием. Было заявлено: «Со своей стороны мы внимательно следим за дискуссиями по вопросу возможного присоединения Японии к американским ядерным миссиям. Такой настрой официального Токио, который, похоже, забыл не только свои пацифистские постулаты, но и антиядерные принципы, может привести к крайне опасной ситуации в Азиатско-Тихоокеанском регионе».
Пекин также внимательно следит за амбициями Токио. Китайские власти выражают серьезную озабоченность по поводу «негативных изменений» в позиции Японии относительно отказа от ядерного оружия. Об этом заявил официальный представитель МИД КНР Линь Цзянь.
«Китай серьезно обеспокоен недавними событиями в военной сфере и в области безопасности Японии. В то время как она провозглашает себя миролюбивой страной и выступает за мир без ядерного оружия, администрация Такаити заняла неоднозначную и расплывчатую позицию по трем неядерным принципам, намекая на возможное отступление от них», – подчеркнул он на брифинге в ответ на вопрос китайского журналиста о том, как Пекин оценивает настрой Японии, которая «не исключает возможности» оснащения атомными подводными лодками, а Такаити недавно дала в парламенте «уклончивый ответ» по поводу неприятия ядерных вооружений. Как уточнил Линь Цзянь, подобная позиция Токио «в полной мере раскрывает значительный негативный сдвиг в политике японских властей, посылая опасные сигналы международному сообществу».
