Несколько лет назад, когда я начал цикл статей о крейсерах Второй мировой войны, я отметил, что этот класс судов был незаслуженно забыт. Множество авторов восхваляли линкоры, и это можно объяснить: стальные колоссы, способные метать снаряды весом в полтонны на большие расстояния – это действительно впечатляло.
Затем пришли авианосцы и просто вытеснили линкоры с морской арены. Это тоже вполне логично. Огромные суда, которые могли уничтожать врага на дистанции 200-300 километров, оставаясь вне досягаемости угрозы, обладали мощью, превосходящей линкоры.
Крейсера… Ужасные универсалы, без которых не проходило ни одно сражение, уверенно противостояли «Шарнхорсту» и «Бисмарку», вступали в бой у острова Саво и так далее.
Потеря крейсера не воспринималась как большая трагедия в сравнении с утратой линкора или авианосца, хотя некоторые крейсера стоили немало, как, например, «Тринидад», который транспортировал 5,4 тонны золота в Британию.
Крейсера часто использовались для перевозки высокопоставленных лиц во время войны, поскольку они быстрее линкоров, отлично вооружены для противовоздушной обороны и более маневренны, что давало им преимущество в уклонении от торпед.
А вот эсминцы, к сожалению, не завоевали столь же высокого признания…
В описаниях морских сражений обычно упоминались: линкор такого-то, крейсера такие-то и десяток эсминцев. Они воспринимались как расходный материал в морских конфликтах. Ситуация такова, что стоит взглянуть на американскую статистику с полной ясностью. США вели войну на Тихом океане… с решимостью после удара, полученного в Перл-Харборе. Америка строила корабли так, будто от этого зависело будущее страны. И посмотрите на цифры:
— эсминцы класса Gleaves/Benson: 96 единиц;
— эсминцы класса Bristol: 72 единицы;
— эсминцы класса Fletcher: 175 единиц;
— эсминцы класса Sumner/Smith: 70 единиц;
— эсминцы класса Gearing: 98 единиц.
Это действительно впечатляет. И также важно отметить, что немногие из этих кораблей дожили до окончания войны. Противник был более чем достойным, и экипажи кораблей Императорского флота Японии не могли упрекать себя в недостатках. Однако работа американских судостроителей обеспечила присутствие их кораблей в любой точке океана, рядом с островами и атоллами.
Не зря те, кто понимает морские дела в самой Америке, утверждают, что победу в войне одержали не линкоры и авианосцы, а эсминцы и эскортные авианосцы. Это абсолютно верное понимание ситуации.
Во Второй мировой войне участвовало 30 ударных авианосцев различных типов, от «Лэнгли» до «Эссексов». Шесть из них были потоплены японцами. Пятая часть — это впечатляющая цифра, не так ли?
Эскортных авианосцев было построено более сотни (я брал данные на начало 1945 года по вводу в строй), 10 из них были потоплены, а еще 9 получили такие повреждения, что почти сразу были списаны. То есть тоже пятая часть.
Кто считал эсминцы? Только самые приверженные статистике.
Из 10 кораблей типа «Фаррагут» утонуло 3.
Из 10 эсминцев типа «Бэнхем» потоплено 2.
Из 16 кораблей класса «Мэхэн» потеряно 9.
Из 30 эсминцев типа «Бенсон» потоплено 3.
Из 66 эсминцев типа «Гливз» потоплено 15.
Из 175 эсминцев типа «Флетчер» потеряно 23.
Конечно, битвы при Мидуэе, в Коралловом море, на Иводзиме и Марианских островах — это великие сражения, победы с большой буквы. Но, как показывает история, выигранное сражение не гарантирует победу в войне. Это было доказано в Перл-Харборе. А в морской войне между морскими сверхдержавами победу одерживают не отдельные «Ямато» и «Мусаси», какими бы они ни были величественными, а именно эсминцы, которые защищают эти «Ямато» от подводных лодок, создают дымовые завесы и выполняют аналогичные задачи.
Возможно, пример «Ямато» не самый удачный, но… действительно, во второй половине войны на Тихом океане размеры уже не имели столь большого значения. Особенно если вспомнить, какие потери понес флот США, чтобы потопить «Ямато».
Таким образом, линкоры, безусловно, являются внушительными судами с завышенной самооценкой, но они, как короли, — без свиты ничто. Авианосцы в этом смысле тоже. «Глориес», который столкнулся с «Шарнхорстом» и «Гнейзенау», из-за ошибки с самолетами оказался на дне. И два эсминца сопровождения не смогли ему помочь. Но «Шарнхорст» в бою у Нордкапа без поддержки быстро был потоплен, причем ключевую роль в его уничтожении сыграли не снаряды линкора «Дюк оф Йорк», а торпеды крейсеров и эсминцев сопровождения. Британские корабли выпустили 55 торпед, из которых 11 попали в «Шарнхорст». Это хороший результат для обеих сторон, учитывая, что «Мусаси» затонул после попадания 20 торпед, а «Ямато» — 10. Хотя это были авиационные торпеды, меньшей мощности, но это тоже вполне неплохой результат.
Если провести аналогию с сухопутными войсками, то всё просто: линкор — это маршал, известный всем по имени и лицу, а лидеры, эсминцы, миноносцы — это та самая пехота, без которой маршал ничего не стоит.
Таким образом, на некоторое время главным героем станет эскадренный миноносец, или эсминец.
И, как это стало хорошей традицией, небольшой исторический экскурс.
Миноносец или миноноска появился довольно давно. После завершения очередной русско-турецкой войны в 1878 году, когда дебютировали минные катера с шестовыми минами с минного транспорта «Великий князь Константин», созданного гениальным С.О. Макаровым, шестовые мины стали историей, а на их место пришли торпеды. Но торпеды стали называть «самоходными минами», а корабли — миноносцами и миноносками.
Первым представителем нашего торпедного флота стал миноносец «Взрыв».
Проект был основан на конструкции мореходной яхты, характерной для середины 1870-х годов. Спущен на воду 13 августа 1877 года, вступил в строй в конце того же года. Вооружение состояло из одной неподвижной торпедной трубы и трех винтовок.
Плавучесть этого корабля оставляла желать лучшего, максимальная скорость не превышала 13,5 узлов, а дальность хода составляла около 600 миль. Водоизмещение «Взрыва» составляло 160 тонн.
Тем не менее, корабль прослужил и даже прошел модернизацию: на него установили 4 пятиствольных орудия Гочкиса калибром 37-мм и две пусковые трубы для мин Уайтхеда.
«Взрыв» отслужил в учебном минном отряде почти 30 лет, не участвовал в боевых действиях, но подготовил множество минеров и торпедистов для Балтийского флота…
Учитывая, что в том же 1877 году в Великобритании появился первый миноносец «Лайтнинг», дело пошло, и миноносцы начали строить повсеместно.
Тактика боевого применения миноносцев основывалась на использовании торпед и заключалась в атаке и уничтожении кораблей противника с помощью множества маневренных кораблей небольшого размера и высокой скорости, что затрудняло их уничтожение огнем корабельной артиллерии. Идея была новаторской, так как у тогдашних боевых кораблей и артиллерии не было ни средств, ни возможностей для выполнения таких задач. Тактическое использование миноносцев, как и всех малых кораблей, ограничивалось плохой мореходностью, малой дальностью плавания и зависимостью скорости хода от силы волнения.
Боевая живучесть миноносца основывалась на его скорости, маневренности и скрытности, достигаемой благодаря низкому и ограниченному силуэту, что уменьшало вероятность попадания в него снарядов противника. Также тактика применения миноносцев опиралась на ночное время суток, как и с минными катерами. Однако главной идеей тактики боевого применения миноносцев оставалась скорость.
Появление миноносцев с торпедами вызвало необходимость принять ответные меры. В начале 1880-х годов на крупных кораблях начали устанавливаться орудия противоминной артиллерии: 37-мм пятиствольные револьверные пушки «Гочкиса», 47-мм пушки Гочкиса и 25-мм четырёхствольные митральезы Норденфельда. Параллельно во всех странах шли работы по увеличению скорострельности орудий вспомогательных калибров.
Однако выяснилось, что устранить угрозу со стороны быстрого, маневренного и малозаметного миноносца не так просто, как казалось изначально: малокалиберная артиллерия не имела большой дальности, и зачастую миноносцы могли запускать торпеды с безопасного расстояния, а орудия больших калибров отличались низкой скорострельностью и медленным наведением на цель.
Собственно, именно это и дало начало новому классу кораблей: кто и когда впервые пришел к мысли приблизить оружие противодействия к миноносцам противника, точно не известно, но эта идея пришла в головы многих.
Истребители, контрминоносцы — их называли по-разному, но суть оставалась одной и той же: корабли, предназначенные для уничтожения миноносцев, минных катеров и миноносок. Эти суда должны были быть такими же быстрыми, как миноносцы, и иметь в своем вооружении, помимо торпед, также артиллерию. Кроме того, у новых кораблей должны были быть хорошие ходовые качества, так как их главной задачей была защита своих корабельных соединений и групп от минных угроз, то есть контрминоносцы должны были следовать вместе с эскадрой охраняемых судов, а значит, обладать таким же запасом хода.
Естественно, лидерами в кораблестроении на тот момент были британцы, и их большой миноносец «Свифт» можно считать предшественником эсминцев.
«Свифт» представлял собой увеличенную копию стандартных 60-тонных миноносцев британского флота, имел водоизмещение 140 т, длину 47 м и ширину 5,3 м. Что касается вооружения, то в варианте миноносца «Свифт» имел четыре 37-мм скорострельных пушки и три торпедных аппарата: носовой и два поворотных на палубе. Если же «Свифту» предстояло идти на охоту за миноносцами, то поворотные торпедные аппараты заменялись на шесть 47-мм орудий, а носовой ТА мог быть заменен на таран.
Таким образом, «Свифт» можно было смело назвать первым модульным кораблем.
Единственным слабым местом этого корабля была скорость, она действительно была невысокой, всего 23 узла, но выполнять роль истребителя миноносцев этот корабль вполне мог.
Еще одним таким предшественником можно считать бронированный японский миноносец 1-го класса «Котака», построенный по японскому проекту британской фирмой «Ярроу». Корабль был построен в Великобритании, затем разобран и перевезен в Японию, где его повторно собрали в Йокосуке. Эта операция заняла 4 года.
«Котака» имел водоизмещение 203 тонны и развивал скорость 19 узлов. Но самое главное — этот корабль был бронирован! Палуба и борта миноносца в районе механизмов защищались 25-мм бронёй, носовая оконечность имела таранную форму и была дополнительно укреплена.
Вооружение «Котака» состояло из четырех 37-мм четырёхствольных пушек, расположенных по одной в носу и корме, а две находились в средней части, по левому и правому бортам. Главный калибр составляли два носовых неподвижных и два двухтрубных поворотных торпедных аппарата калибром 381-мм.
Это был уже весьма внушительный корабль, даже несмотря на свою не очень хорошую мореходность, вызванную явно перетяжеленным таранным носом.
В России до 1898 года также строили миноносцы, которые назывались «номерными», поскольку вместо собственных имен носили только номер. Эти небольшие суда имели водоизмещение не более 100 тонн, скорость 20-25 узлов и вооружение из 1-2 легких орудий (обычно 47-мм) и торпедное вооружение из носового неподвижного и одного-двух поворотных торпедных аппаратов.
Эскадренные миноносцы в российском флоте как отдельный класс появились после русско-японской войны, где флот смог воочию убедиться в эффективности японских кораблей. Большим стимулом в развитии эсминцев стало изобретение компактной паровой турбины. Первым эсминцем с турбиной, разумеется, стали британцы. «Вайпер», построенный в 1899 году, продемонстрировал просто невероятную по тем временам скорость – 36 узлов! Правда, судьба этого корабля оказалась короткой: «Вайпер» разломился во время шторма и затонул. Но идея прижилась, и к началу Первой мировой войны эсминцы с паровыми турбинами начали строить все.
1905 год стал еще одним переломным моментом: Великобритания спустила на воду «Трайбл», первый эсминец, котлы которого работали на нефти. США создали «Полдинг» в 1909 году, а в России появился «Новик» в 1910-м.
Эсминец типа «Новик»
Одновременно эсминцы начали «толстеть». Водоизмещение постепенно увеличивалось с первоначальных 140-200 тонн до 1000-1200 тонн. Машины силовой установки становились компактнее и легче, что позволило уделить больше внимания бронированию и вооружению. Однако это несколько ухудшило мореходность и остойчивость кораблей (перераспределение веса снизу вверх), но это лишь побудило судостроителей задуматься над созданием новых форм для кораблей.
Ушли в прошлое неподвижные носовые торпедные аппараты, их окончательно сменили многотрубные палубные ТА на поворотных платформах, для которых появились специализированные прицелы и механические калькуляторы для расчета упреждения. Эффективность торпед также возросла: калибр с первоначальных 357-381 мм увеличился до 533-610 мм, а масса взрывчатки в боеголовке стала приближаться к 200 кг. Естественно, увеличивались скорость и дальность действия торпед.
Русско-японская война стала своеобразным индикатором, выявившим относительную слабость частично торпедного и в большей мере артиллерийского вооружения эскадренных миноносцев. Именно тогда стало очевидно, что 47-мм и 57-мм орудия недостаточны для вооружения контрминоносцев. Калибр торпедных аппаратов также начали увеличивать до 456-мм и выше, но необходимость установки более крупной артиллерии стала совершенно ясной. Это дало толчок очередному увеличению водоизмещения и размеров эсминца.
Таким образом, к Первой мировой войне эсминец стал совершенно другим кораблем: водоизмещение 1200-1500 тонн, скорость 30-37 узлов, паровые турбины, котлы на нефти, до 4 трехтрубных 450-мм или 533-мм торпедных аппаратов, до 5 орудий калибра 88 мм или 102 мм.
Это уже очень далеко от первоначальных 140 тонн и нескольких 37-мм пушек.
Поэтому эсминцы в Первой мировой войне занимались не только торпедными атаками, но и минными постановками, контрминными операциями, патрулированием и сопровождением, а также набеговыми операциями. Примечательно, что первый выстрел на морях Первой мировой войны был произведен британским эсминцем «Ланс», который открыл огонь по немецкому минному заградителю «Кёнигин Луизе», который также вошел в историю, так как на его минах подорвался и затонул крейсер «Амфион», первая потеря Великобритании в той войне.
Далее выяснили, что эсминцы можно использовать в качестве десантных кораблей, что продемонстрировали британцы в операции у Галиполи, где именно эсминцы высаживали десант и затем работали как батареи поддержки.
Источник[/mask_link]